Красивые фотографии Нью-Йорка от Эндрю Картер Мэйса

История фотографа который получил Пулитцера, а через пару месяцев покончил с собой

Историю южноафриканского корреспондента, который сфотографировал умирающую девочку, получил за это Пулитцера, но так никогда и не смог стать счастливым.

Когда самолёт приземлился, с разных сторон к нему стали стекаться местные жители — многие шли с трудом, кто-то падал прямо посреди дороги и уже не мог подняться. Времени было совсем мало, Кевину и Жоао сказали, что у них есть чуть больше получаса, пока добровольцы ООН будут раздавать еду голодающим жителям Судана. Жоао Сильва решил отправиться поискать партизан, а Кевин остался рядом с самолётом. Был 1993 год, в Судане шла Вторая гражданская война, люди гибли от голода прямо на улицах. Волонтёры ООН предупредили Кевина, чтобы он ни к кому здесь не прикасался, даже если ему покажется, что этот человек умирает, — повсюду были очень опасные инфекции.

Кевин делал фотографии одну за другой и не мог поверить собственным глазам — он тоже вырос на Африканском континенте, но намного южнее, и никогда не видел массового голода. В какой-то момент он решил, что с него хватит, нужно прогуляться, и, повернувшись спиной к самолёту, пошёл куда глаза глядят.

Покинув деревню, Кевин вышел в поле, поросшее мелким кустарником, и вдруг услышал странный звук — что-то вроде мяуканья. Маленькая чернокожая девочка лежала на земле, головой в ту сторону, где приземлился вертолёт — видимо, она вместе с родителями шла туда, где раздавали еду, но совсем ослабела от голода, и родители, чтобы успеть получить хоть какое-то пропитание, ненадолго оставили её здесь.

Кевин опустился на землю и стал выбирать ракурс, как вдруг неподалёку от девочки приземлился стервятник. Кевин замер, он не хотел спугнуть птицу и решил немного подождать, вдруг она расправит крылья, тогда кадр получится ещё удачнее. Какое-то время они так и просидели друг напротив друга — Кевин с камерой и стервятник. Где-то посередине между ними умирала от голода маленькая девочка из Судана. Наконец, фотограф устал ждать — самолёт ведь мог улететь без него.

Он сделал несколько кадров, а потом поднялся и прогнал птицу. Обернувшись, Кевин увидел, что девочка медленно ползёт дальше — в сторону самолёта. Сам он пошёл в другую сторону, туда, где посреди поля стояло полусухое дерево. Прислонившись к нему спиной, Кевин сел, достал сигарету и глубоко затянулся. Ему очень захотелось обнять свою дочь. Только что, 25 марта 1993 года, Кевин Картер сделал самую знаменитую фотографию в своей жизни. Но теперь ничего уже не будет по-прежнему.

Дальше был Нью-Йорк, дорогие рестораны и шикарный отель. Кевину вручили Пулитцеровскую премию, знаменитости подходили к нему, чтобы пожать руку и сфотографироваться, редакторы лучших изданий назначали ему встречи. В родном Йоханнесбурге он никогда не встречал такого блеска и красоты. Самые красивые девушки в городе строили ему глазки и пытались сделать всё, чтобы оказаться с Кевином в одном гостиничном номере. А где-то на фоне этого в голове постоянно крутился вопрос, присланный читателями «The New York Times»: «Что случилось с той девочкой?». А ещё лицо погибшего друга Кена.

Йоханнесбург, конец 80-х. На чьих-то похоронах сторонники белого правительства вдруг замечают в толпе чернокожего парня и набрасываются на него. Вспышка. На фотографии этот парень навсегда останется лежать на земле, закрыв голову руками, под ногами обступившей его толпы. В реальности уже через несколько минут его изобьют до полусмерти, а потом несколько раз переедут туда-обратно на автомобиле.

Молодой солдат с посеревшим от смерти лицом лежит на земле, а вокруг него всё ещё не высохла лужа крови. Ты тихонько шепчешь про себя: «Чёрт возьми», но пальцы уже нажимают на кнопку. Вспышка — и этот солдат так навсегда и останется лежать здесь в своей форме цвета хаки с аккуратными дырками от пуль.

Вспышка — и вот ты сам уже лежишь на земле, с одной стороны от тебя — группа белых националистов, с другой — чернокожие повстанцы, если ты поднимешь голову, чья-нибудь пуля обязательно попадёт в тебя. И ты думаешь только об одном: нужно сделать такой кадр, чтобы, когда о тебе будут снимать посмертное кино, он хорошо смотрелся на экране. С подписью: «Это — его последняя фотография».

Именно такой была жизнь Кевина Картера — фотокорреспондента из Южной Африки, выходца из семьи белых английских эмигрантов, сторонников апартеида. Он родился в 1960-м году, ровно тогда, когда партия Нельсона Манделы начала ожесточённо бороться с белыми завоевателями. С самого детства он видел, как полицейские на улицах его родного города задерживают и арестовывают чернокожих людей просто так, за то, что у них нет при себе документов.

Его родители смотрели на это спокойно, но Кевин не понимал, как такое возможно. «Почему мы ничего не сделаем с этим? Почему не прогоним полицейских?», — спрашивал он у отца, но тот не отвечал. В восемнадцать лет, когда Картер попал в армию, он один раз заступился за чернокожего официанта перед своими сослуживцами, и те избили его, ведь солдат ЮАР должен был быть сторонником режима апартеида, иначе он предатель.

В начале 1980-х Кевин занялся фотожурналистикой: на улицах то и дело вспыхивали беспорядки, и Картеру хотелось быть везде и сразу. Он мечтал показать миру, какие ужасы влечёт за собой расовая сегрегация, и ради этого был готов ввязаться в любую передрягу. Его арестовывали и избивали, но каждый раз его волновало только одно — чтобы уцелели плёнки. Правда, работать совсем одному в таких условиях было слишком опасно, и он объединился в команду с друзьями-фотографами — Кеном, Грегом и Жоао. Если какая-нибудь группа повстанцев поджигала автобус или брала штурмом правительственное здание с утра пораньше, пока ещё не взошло солнце, все знали — Картер и его друзья в этот момент тоже там были, всё сохранилось на их фотографиях и уже скоро появится на обложках журналов по всему миру.

Вечером, оглохнув от взрывов и стрельбы, Кевин курил марихуану — больше в его жизни ничего не было. Его друзья женились, а Грег Маринович получил Пулитцеровскую премию. У Кевина была лишь внебрачная дочь, которую он редко видел, и бесконечное количество пустых, ничего не значащих интрижек, которые только сильнее вгоняли его в тоску.

Одиннадцатого марта 1993 года Кевин оказался в гуще перестрелки: чернокожие повстанцы напали на белых националистов и расстреляли их почти в упор. И тут случилось то, чего боится каждый фотограф, — у Кевина закончилась плёнка. Пока другие фотографы продолжали щёлкать вспышками, он возился с камерой. Потом, снова посмотрев в объектив, он вдруг чуть ли не впервые в жизни по-настоящему осознал, насколько легко может умереть прямо сейчас. Он знал, что что-то пошло не так и что он загубил кадр. Той ночью он в полном одиночестве выпил бутылку бурбона.

Через несколько месяцев выяснилось, что «загубленный» кадр Кевина — единственный, который остался после той перестрелки. Снимки других корреспондентов не уцелели. Эта фотография попала во многие западные журналы и стала знаменитой. Но всё-таки не такой знаменитой, как снимок, который Кевин сделал через две недели, — тот, на котором маленькая девочка умирала от голода, а над ней сидел голодный стервятник.

В тот день — 25 марта — всё начало резко меняться. Фотографию со стервятником моментально купил «The New York Times», который как раз делал материал про голод в Судане. Уже через пару дней это фото было на обложках всех газет и журналов на разных континентах. Кевин уволился из маленькой африканской газетёнки, где раньше числился в штате, и подписал контакт с «Reuters», ему пообещали платить по 2 000 долларов ежемесячно. Но счастливее он от этого так и не стал. Ему каждый день приходили письма от читателей «The New York Times». Они спрашивали: что стало с той девочкой? Она выжила? Кевин не знал. Всё, что ему оставалось, — скручивать один за другим косяки марихуаны и пить виски.

Читайте также:  Как избавиться от запаха в платяном шкафу

Восемнадцатого апреля четверо друзей-фотокорреспондентов поехали в Токозу, где началась очередная вспышка беспорядков. Кевину в тот день казалось, что солнце светит слишком ярко. На небе не было ни облачка, и сделать хороший кадр никак не получалось. Совсем разбитый, он оставил друзей дальше гоняться за удачными снимками, а сам отправился в город. Придя в свою квартиру, он включил радио, как раз в этот момент диктор сообщал, что один из его друзей, Кен, погиб, а другой, Грег, серьёзно ранен.

Когда Кевина позвали в Нью-Йорк на вручение Пулитцеровской премии, он не мог думать ни о чём, кроме смерти Кена, ему всё казалось, что на его месте должен был быть он. В Нью-Йорке лето только началось, а в его родном Йоханнесбурге был самый разгар зимы — земля была сухой, растрескавшейся и коричневой, и ни одного листочка. Получив Пулитцера и вернувшись домой, Кевин бесцельно ходил по улицам туда-сюда, как будто ждал, что вот-вот из-за угла выйдет кто-то из его старых друзей-фотографов, тех, кого уже не было в живых. Это был как будто город призраков. Город, где нет ни Кена, ни ответа на вопрос — что стало с той девочкой?

В пригороде Йоханнесбурга, к северу от центра, есть маленький каменистый ручей Брамфонтейн. Неподалёку от него — спортивная площадка, где Кевин часто играл в детстве. Рядом с площадкой растёт огромное эвкалиптовое дерево. Однажды утром, около девяти часов, Кевин Картер подъехал к берегу Брамфонтейна на своём красном «Ниссане».

Он припарковался так, чтобы видеть гигантский эвкалипт. Не выключая мотор, вышел из автомобиля, вытащил из багажника шланг и липкую ленту и приклеил один конец шланга к выхлопной трубе. Другой он просунул в салон машины через приоткрытое окно. Двадцать седьмого июля 1994 года он умер от отравления угарным газом. Его предсмертная записка была довольно сумбурной, как будто написанной наспех или в бреду: в ней было что-то про деньги, неоплаченные счета и голодающих детей. Но последние слова были понятными: «Если мне повезёт, я встречу там Кена».

Фотограф Кевин Картер (Kevin Carter)

Многие считают, что фотограф должен быть не только профессионалом в своей профессии, собственно фотографии. Так же он должен быть ещё и хорошим художником, хорошим психологом. Об этом часто говорят. Сегодня мы расскажем вам историю об одном очень необычном фотографе. О фотографе, который сумел повлиять на этот мир…

Кевин Картер родился и жил в ЮАР. Работал он фотокорреспондентом. Работа эта его устраивала. Собой, своим творчеством он был вполне доволен. Стремления к славе у Картера не было, а работа занимала практически всё его время. Замечать и запечатлять на плёнку различные моменты жизни было его любимым делом. Работы Кевина Картера активно покупались различными изданиями. Сложная и интересная работа фотокорреспондента полностью поглотила его. Командировки в различные страны стали для Кевина привычными.

В 1993 году очередным местом командировки Картера стал Судан, где в ту пору свирепствовал страшный голод. Фотокорреспонденту нужно было сделать репортаж об этом бедствии африканского народа.

В тот день очень устал, буквально валился с ног от бессилия. Фотографировать умирающих в африканских деревнях людей было неимоверно тяжело и физически, и морально. Когда солнце клонилось к горизонту, Кевин увидел на окраине деревни страшную сцену: прямо в поле лежала умирающая от голода маленькая девочка. Ребенок лежал на голой земле, перебирая почти обессилившими ручками траву, и чуть слышно всхлипывал. А метрах в трёх от этой девочки неспешно прогуливался огромный орел-стервятник. Похоже, он просто ждал добычу, ждал, когда девочка умрёт. Кевин Картер конечно же сфотографировал эту страшную сцену. И, конечно же, прогнал страшную хищную птицу.

Вскоре, уже дома, Кевин понял, что этот снимок стал его лучшей работой за всё время карьеры. По достоинству снимок был оценен и в «Нью-Йорк таймс». Фотография умирающей девочки и ожидающего ее смерти орла очень сильно всколыхнула общественность всего мира. Совсем скоро эта работа южноафриканского фотокорреспондента стала символом голода Судане, и побила все возможные рекорды по своей популярности. Фотография умирающей от голода девочки Кевина Картера до сих пор считается одним из самых известных фотографий в мире. Она стал классикой фотожурналистики. За её создание Кевин получил Пулицеровскую премию.

Но… История эта оказалась отнюдь не радостной. Она не стала грамотной реализацией таланта фотокорреспондента из ЮАР.

Совсем скоро после обнародования этого снимка Кевин стал получать письма со всего мира. Фотографа спрашивали: а чем закончилась эта история, жива ли девочка, запечатленная на снимке, что с ней стало потом и где она сейчас. Помог ли ей Кевин… Потом волну вопросов к фотографу поддержали газетчики… А сам Кевин не знал, как ответить на все эти вопросы. Ведь тогда, в тот злополучный день, он очень устал от множества смертей вокруг. И уехал. Уехал, не оказав никакой помощи погибающему ребёнку.

Кевин Картер исполнил свой долг фотокорреспондента. Он ярко показал свой профессионализм журналиста. О голоде в Судане узнали во всём мире, а это – главное в его служении обществу. Казалось бы, как профессионал он сделал всё, что было возможно сделать в тот момент в сложившейся ситуации. Поначалу и сам Кевин так думал, думал, что он сделал всё, что мог. Но другие-то всё это видели совсем по другому, совсем в другом свете.

Кевин Картер не выдержал такого давления людей. Вскоре он понял, что, оставшись тогда профессионалом-фотокорреспондентом, он не проявил себя просто как обыкновенный человек. Талантливый фотограф, признанный мастер фотожурналистики, лауреат Пулицервской премии, добровольно ушел из жизни.

История жизни и смерти Кевина Картера дала повод для рассуждения многим людям искусства. О ней долго говорила общественность. Эта история дала своеобразный ответ на трудный вопрос: «Есть ли граница между жизнью и творчеством, возможно ли разделить реальную жизнь человека и его жизнь в искусстве?». Кевин Картер получил высшие награды за свои творения. Но, вместе с тем, он потерял главное – потерял человека в себе, не смог больше творить искренне и честно. А это, согласитесь, самое главное для творческого человека, для человека-творца. Ведь нормально и плодотворно живет только человек, чья совесть чиста.

Простые жители Нью-Йорка (63 фото)

Подборка фотографий обычных жителей Нью-Йорка.

Человек с котом на голове.

Бездомный спит в вагоне метро.

Велосипедист из Гарлема.

Уборщик наблюдает в бинокль за Статуей Свободы.

Человек занимающийся агитацией.

Хипстер Бруклинский, обыкновенный.

Дормены с Пятой авеню.

Посадка в автобус.

В Чайнатауне Манхэттена.

Модель с шарами. Позировала другому фотографу, а я рядом пристроился.

Теплый денек в Дамбо.

Пацанчик с сигреткой.

Девушка, с которой что-то не то. Она постоянно сидит на этой скамейке в парке перед Сити-Холлом.

Работник устричного бара очень похожий на молодого Уильяма Дефо.

В парке Хайлайн.

Бабушка. Хотя с такого ракурса так и не скажешь.

Девушка в Гарлеме.

Прилег отдохнуть после бега.

На закате в Бруклине.

Спасатели возвращаются со смены.

Продавец не пойми чего в Гарлеме.


Чувак начал читать правила поведения в парке и погрузился в нирвану (не без помощи субстанций, как я полагаю). Так и стоял слегка покачиваясь.







Жизнерадостные мексиканцы с гитарой на пляже Рокавэй.

И пусть весь мир подождет. На остановке в Бруклине.

Хипстер в Бруклине.

Тут все понятно по внешнему виду.

Патриот из Бронкса.

Патриот из Бронкса.

Воду из гидрантов можно пить. Дальше все Бронкс.




Наблюдают за идущей по улице девушкой.

Китаец сборщик пустых бутылок перекусывает.

В Маленькой Италии Бронкса.

Вернемся на Манхэттен.

Попрошайка. Она все время в таком виде.



Старик-растафари из Бруклина.

Старик из Гарлема.


Чувак все время неподвижно стоит на одном и том же перекрестке в Гарлеме с разными фруктами на голове и в зубах. Цель миссии пока мне не ясна. Подозреваю, что тоже хочет денег.


Почему-то захотелось назвать “Юра-музыкант”.

Читайте также:  Как постирать вещи из натуральных тканей, чтобы они не давали усадку

Легенды уличной фотографии Нью Йорка

“Все на улицу” (Everybody Street) – документальный фильм, который освещает жизнь и работу знаковых уличных фотографов Нью-Йорка и сам несравненный город, который вдохновляет их на протяжении десятилетий. Автор ленты – фотограф и режиссер Шерил Данн (Cheryl Dunn) – отдает дань духу уличной фотографии, раскрывает внутреннюю мотивацию, порыв, исключительную настойчивость и порой опасность работы, ставшей уже привычной для истинных фотохудожников. Прогуливаясь по городу с фотографами, записывая их комментарии, Шерил Данн показывает реальные истории городского пространства и фотографического движения.

Справка: Шерил Данн известна своими снимками граффити-художников, боксёров, байкерских банд и других представителей субкультур, относительно закрытых для женщин в 1990-е годы. Изданы две книги ее фотографий: «Bicycle Gangs of New York», и «Some Kinda Vocation».

Цитаты Шерил Данн из интервью CINEMOTION:

О пленке и цифре: «Я снимала свой фильм «Все на улицу» одновременно и на пленочную, и на цифровую камеры. Конечно, я предпочла бы весь фильм снимать на 16-миллиметровую пленку, но это очень дорого. И все же главная причина, по которой пришлось сочетать две эти техники, — это разноплановый формат картины. В нее включены и интервью — в помещении и на улице, и различные фотографии — черно-белые, цветные, разного размера. Например, я снимала интервью на цифровую камеру, а 16-мм пленку использовала для съемки работы фотографа на улице”.

О фотографах-режиссерах: «Я думаю, что кино и фотография дополняют друг друга. Если вы умеете строить кадр, видеть движение света и тени, это поможет вам и как фотографу, и как режиссеру. Навыки фотографа очень полезны при монтаже фильма. Я свой фильм монтировала на протяжении полутора лет, и мне очень помогло, что каждый кадр я рассматривала как отдельную фотографию».

В фильме задействованные следующие фотографы:

Брюс Дэвидсон (Bruce Davidson) – несомненно, один из самых влиятельных фотографов нашего времени. Взяв камеру в возрасте десяти лет, Дэвидсон быстро нашел себя на улицах Чикаго, фотографируя жизнь города. Когда он служил в армии близ Парижа, он впервые встретился с Анри Картье-Брессоном. В 1957 году, после того, как закончилась его служба, Дэвидсон, начал работать на журнал Life Magazine и стал с 1958 года полноправным членом Magnum Photos (Первое в мире фотоагентство и агентство фотографов, ставящее своей целью распространение репортажных снимков в печати. Создано 27 апреля 1947 в Париже по инициативе Анри Картье-Брессона, Роберта Капы, Джорджа Роджера и Дэвида «Чимы» Сеймура. По легенде, именно бутылка распитого в тот вечер шампанского “Magnum” послужила поводом для названия этого фотоагентства. Основанием создания фотоагентства было желание фотографов сохранить и защитить права собственных фотографий и иметь центральное бюро – источник Wikipedia).

Эллиотт Эрвитт (Elliott Erwitt) – является одним из самых известных современных уличных фотографов. Он стал членом Magnum Photos с 1953 года и издал более двадцати книг своих работ. Он изучал фотографию в Los Angeles City College, а в 1946 году встретил Эдварда Штайхена, Роберта Капа и Роя Страйкера, которые стали его наставниками.

Джилл Фридман (Jill Freedman) – очень уважаемая в Нью-Йорке фотограф-документалист, чьи отмеченные наградами работы находятся в постоянных коллекциях многочисленных музеев, галерей, выставок, библиотек. Она известна своими долгосрочными документальными проектами о пожарных, уличных патрульных-полицейских и бродячем цирке.

Брюс Гилден (Bruce Gilden). Детство в Бруклине сделало из него очень внимательного наблюдателя городского поведения и обычаев. Его любопытство к личностям с сильным характером и индивидуальными особенностями присутствует во всех его работах с самого начала его карьеры. Снимая на улицах Нью-Йорка с 1981 года, он показал, что мир – это комедия нравов в своем уникальном выразительном и театральном стиле (комедия нравов – яркое изображение современных общественных нравов – прим.авт.).

Джоэл Мейерович (Joel Meyerowitz) – талантливейший фотограф, чьи работа были представлены на более чем 350 выставках в музеях и галереях по всему миру. Он родился в Нью-Йорке в 1938 году начал фотографировать в 1962 году. Став пионером цветной фотографии в середине 1960-х годов, Мейерович сыграл огромную роль в изменении отношения к использованию цветной фотографии от непрятия до всеобщего признания.

Ребекка Лепкофф (Rebecca Lepkoff) – фотографировала Нью-Йорк с конца 1930-х годов. Будучи членом Фото Лиги, она снимала этническое богатство жизни в районе Lower East Side и сохранила эту культуру на старинных серебряных отпечатках. По словам Тома Гиттермана: “Хорошо зная историю искусства и увлекаясь современными танцами, она фотографировала с сильным чувством света и абстракции и смогла передать ритм улицы. Ее работы – документы определенного времени и места дают более полное представление о человеческом существовании в пределах города. На ее снимках энергия шума и суеты, торговли, элегантность и сложность современного общества, а также положение личности в нем”.

Мэри Эллен Марк (Mary Ellen Mark) – одна из самых уважаемых и влиятельных фотографов мира. На протяжении более четырех десятилетий, она путешествовала, чтобы сделать снимки, которые отражают высокую степень гуманизма. Ее образы разных культур стали вехами в области документальной фотографии. Портреты матери Терезы, индийские цирки и бордели в Бомбее были продуктами ее многолетней работы в Индии. Фоторепортаж о бежавших детях в Сиэтле лег в сюжет фильма “Street Wise”, режиссёром и оператором которого был ее муж Мартин Белл. Она опубликовала восемнадцать книг, и ее фотографии экспонировались по всему миру.


Джефф Мермельштейн (Jeff Mermelstein) – один из самых востребованных фотожурналистов современности. Обучен улицами Нью-Йорка, снимает в стиле мгновенного рефлекса Картье–Брессона. На его фотографиях запечатлены люди со всеми своими особенностями: уникальной манерой ходить, говорить, есть, работать, пить, праздновать и просто быть. Фотографии Мермельштейна взывают к нашему чувству идентификации и принятия других людей, такими как они есть, со всеми особенностями человеческого поведения.

Клейтон Паттерсон (Clayton Patterson) – уроженец Канады художник, фотограф, видеооператор и народный историк. После переезда в Нью-Йорк в 1979 году, его работа была сосредоточена на документировании жизни, искусства и течения времени в Lower East Side (район Нью Йорка – прим. авт.). В 1985 году Паттерсон начал фотографировать детей из окрестностей перед его входной дверью. На протяжении многих лет он снимал сотни фотографий и выставлял их за стеклом витрины магазина – своеобразном “Зале славы”.

Рикки Пауэлл (Ricky Powell) – уроженец Нью-Йорка, снимает профессионально с 1985 года. Один из ведущих фотографов музыкальной сцены Нью-Йорка, особенно рэпа и хип-хопа. Рикки снимал многих исполнителей , включая Run DMC, the Beastie Boys, LL Cool J, Method Man и Cypress Hill. Но его главное увлечение – уличная фотография. Рики говорит: “Уличная фотография – как мой транзисторный радиоприемник с бесконечным плэйлистом”.

Джамел Шабазз (Jamel Shabazz) – получил международное признание благодаря его книгам, выставкам и редакционным работам, документирующим городскую жизнь афро-американской общины. Родившийся и выросший в Бруклине, Шабазз взял свою первую камеру в возрасте 15 лет и начал снимать мир вокруг него. Кроме фотографии, Шабазз преподает в многочисленных общественных организациях, которые учат старшеклассников различным формам искусства, фотографии, комуникациям и социальной ответственности.

Марта Купер (Martha Cooper) первый раз взяла фотоаппарат в трехлетнем возрасте. Став штатным фотографом для New York Post в 1970-х годах, она начала фотографировать детей из разгромленных районов нижнего Манхэттена, которые позже были опубликованы в книге Street Play. Благодаря этим детям она познакомилась с мастерами граффити, и начала документировать зарождение уличного искусства. Она известна во всем мире своими снимками работ граффити-движения 70-х годов в метро Нью-Йорка. Она продолжает документировать граффити культуру.

Владимир Миливоевич (Vladimir Milivojevich), известный как Буги (Boogie) – сербский фотограф. Бродя по улицам днем и ночью, Буги снимал деградацию его города, неуправляемые протесты и портреты скинхедов. После получения «зеленой карты» США в 1997 году, он переехал из Белграда в Бруклин, буквально за неделю до начала войны в Косово. Он тут же принялся снимать безрадостную сторону улиц Нью-Йорка в монохроме. Его книга «It’s all good» является одной из лучших фото книг всех времен о Нью-Йорке.

Читайте также:  Высота забора в частном доме

Кроме фотографов в фильме задействованы Макс Козлофф (Max Kozloff) – историк-искусствовед, критик современного искусства и фотограф, а также Люк Сантэ (Luc Sante) – писатель и критик.

Посмотрите фильм, и вы проникнитесь духом уличной фотографии. Вы увидите, как съемочная группа воссоздает рабочий процесс фотографов, при этом сохраняя интимные взаимоотношения фотографа и городской среды.

Официальный сайт фильма – здесь .

Секретные места Нью-Йорка, которые вы не найдёте в типичном путеводителе

Статуя Свободы, Бруклинский мост, Бродвей, Уолл Стрит – типичный «набор» достопримечательностей Нью-Йорка. Чтобы по-настоящему проникнуться духом Свободы и безграничных Возможностей «Нового Амстердама» нужно заглянуть в места, которых нет в путеводителях. Лайфхакер поможет вам в этом – отправляемся в путешествие по удивительным уголкам Нью-Йорка.

1. Обзорные башни Astro-View

А это узнаете? Как же так?! Ведь это те самые летающие тарелки, на которые охотились Агент Кей и Агент Джей. Просто создатели фильма решили, что обзорные башни Astro-View, построенные в 1964 году по случаю Всемирной ярмарки, как нельзя лучше подойдут для изображения взлетных площадок НЛО.

В середине 1960-х с башен, куда посетителей доставлял специальный лифт, открывался прекрасный вид на Flushing Meadows Corona Park, сегодня Astro-View – заброшены. Подняться наверх уже не получится, да и вокруг все заросло, тем не менее, взглянуть на эти произведения футуристического искусства прошлого столетия стоит.

Адрес: Flushing Meadows, Corona Park, Queens NY

Узнали? Верно, это одна из финальных сцен легендарного «Люди в черном».

2. Парк High Line

В середине ХХ века в Нью-Йорке была открыта надземная ветка метро High Line. Однако вскоре из-за ее работы в городе начались экологические проблемы, поэтому в 1980 году ее эксплуатация была прекращена. Железнодорожники намеревались попросту разобрать рельсы, но группа энтузиастов, назвавших себя «Друзья Хай Лайн», предложили превратить это место в парк.

В настоящее время Хай-Лайн – уникальный, высокотехнологичный городской парк, протяженностью почти два с половиной километра, располагающийся на высоте 10 метров от поверхности земли. На его реконструкцию было потрачено порядка $50 млн.

Это настоящий оазис безмятежности посреди огромного мегаполиса: кто-то поднимается на High Line, чтобы позаниматься спортом, кто-то – чтобы почитать книгу, а кто-то – просто немного отдохнуть от шума бесконечного потока людей и машин.

Адрес: попасть в парк можно на одной из следующих улиц

  • 14th Street (elevator access)
  • West 16th Street (elevator access)
  • West 18th Street
  • West 20th Street
  • 23rd Street (elevator access)
  • West 26th Street
  • West 28th Street
  • West 30th Street (elevator access)

Часы работы: ежедневно с 7:00 до 23:00
Сайт: www.thehighline.org

3. Воздушный трамвай

Нью-Йорк – город маленьких связанных между собой островков. Так, Манхеттен и остров Рузвельта, что в проливе Ист-Ривер, соединяет мост Куинсборо, рядом с которым проходит легендарная канатная дорога, именуемая нью-йоркцами «The Tram». Когда-то, в середине 1970-х, она выполняла важную транспортную функцию, перевозя ежедневно сотни пассажиров.

Три года назад канатная дорога была полностью модернизирована и сегодня The Tram – любимое развлечение туристов. Кабинка воздушного трамвайчика вмещает порядка 110 человек (проезд доступен, в том числе, для людей с ограниченными физическими возможностями) и движется со скоростью около 30 км/ч. За три минуты можно насладиться великолепными видами Ист-Сайда и Мидтауна.

The Tram считается общественным транспортом, поэтому оплатить поездку можно с помощью единой системы оплаты Metro Card.

Адрес: 60th street и 2nd avenue
Часы работы: ежедневно с 6:00 утра до 2:30 ночи
Вики: Канатная дорога острова Рузвельта

The Tram

4. Книжный магазин Barnes&Noble

В 1873 году Чарльз Монтгомери Барнс открыл книжную лавку. А в 1917 его сын – Уильям Барнс – расширил семейный бизнес, выкупив часть нью-йоркского книжного магазина Noble&Noble. Так родилась крупнейшая американская компания по продаже книг – Barnes&Noble.

Сегодня это один из мировых лидеров отрасли, выпускающий электронные читалки, самостоятельно издающий книги и ежегодно продающий тысячи их экземпляров. Главный магазин Barnes&Noble располагается в Нью-Йорке. Это не просто букинистская лавка – это двухэтажный дворец Ее Величества Книги.

Обстановка в нем больше напоминает современную библиотеку, чем торговую точку: огромные стеллажи, лестницы, чтобы добраться до верхних ярусов, и читающие люди. Вы не ослышались – можно взять любую книгу, сесть на пол и читать. Единственное, что выдает в Barnes&Noble магазин, – это то, что там можно купить множество сопутствующих товаров (от закладок до фонариков для любителей «ночного чтения»).

Смотри отсюда: ТОП-10 самых красивых видов Нью-Йорка

Нью-Йорк — один из самых красивых и динамичных мегаполисов мира. И мы знаем места, где лучше всего оценивать живописность этого города и трепетать перед его величием. Ловите ТОП-10 локаций, откуда открываются самые крутые виды Нью-Йорка!

Бруклинский мост

Один из старейших и известнейших мостов в США протянулся над проливом Ист-Ривер, соединяя Бруклин с Манхэттеном (его длина составляет 1825 метров). Центральная часть моста, находящаяся на значительном возвышении, предназначена для пешеходов, велосипедистов и наблюдения красивых видов.

Цена вопроса: бесплатно

Фото: by John Cunniff/Flickr Фото: by Tom Jensen/Flickr

Замок Бельведер

Замок Бельведер над Черепашьим прудом в Центральном парке являет собой смесь двух архитектурных стилей — романского и готики. Помимо выставочных залов в замке есть балкончики, с которых открывается чудесный вид на парк, а наверху располагается природная обсерватория.

Цена вопроса: бесплатно

Фото: Flickr

Государственный парк Гентри-Плаза

Небольшой парк размером чуть менее 5 гектаров расположен близ пролива Ист-Ривер в Квинсе. Отсюда открываются одни из лучших видов на нью-йоркские небоскребы, причем как в дневное, так и в ночное время.

Цена вопроса: бесплатно

Фото: shutterstock

Кладбище Грин-Вуд

Основанное в 1838 году, кладбище насчитывает около 560 тысяч захоронений и занимает площадь в почти два квадратных километра. Помимо скульптур, мавзолеев, озер и фонтанов здесь также можно увидеть захватывающие пейзажи. Отыщите статую римской богини Минервы и посмотрите, кому она так приветственно машет рукой.

Цена вопроса: бесплатно

Фото: shutterstock

Эмпайр-стейт-билдинг

103-этажный небоскреб в стиле арт-деко находится на Пятой авеню между Западными 33-й и 34-й улицами. Поднявшись на лифте на 86-й или 102-й этаж, посетители попадают на одну из самых популярных смотровых площадок мира, откуда открывается захватывающий панорамный вид на Нью-Йорк.

Цена вопроса: от $32 для взрослых

Фото: shutterstock

Парк Хай-Лайн

Необычный парк на острове Манхэттен расположен на высоте 10 метров над землей. Он протянулся от района Митпэкинг через Челси до Западной 34-й улицы больше чем на 2 километра. Раньше на его месте находилась железная дорога, которую превратили в парковую аллею. Сейчас оттуда открываются чудесные виды на урбанистический Нью-Йорк.

Цена вопроса: бесплатно

Фото: shutterstock

Крыша Метрополитен-музея

Метрополитен — один из крупнейших и наиболее посещаемых художественных музеев мира. Помимо разглядывания тысяч экспонатов, здесь также можно подняться на крышу, где разбит небольшой парк. Оттуда отрываются потрясающие виды на Центральный парк и улицы города.

Цена вопроса: цена входного билета в музей рекомендованная, вы можете заплатить столько, сколько посчитаете нужным.

Фото: shutterstock

Обсерватория One World

На вершине нью-йоркского Всемирного торгового центра 1 («Башня Свободы») на высоте 386 метров расположилась обсерватория One World. Она занимает три этажа с различными магазинами, кафе и обзорными площадками, откуда открывается чудесный панорамный вид на город.

Цена вопроса: от $30

Фото: shutterstock

Паром Статен-Айленд

Паром Статен-Айленд регулярно курсирует между Манхэттеном и одноименным островом. Длина его маршрута составляет 8,4 км, которые он преодолевает за 25 минут. Корабли курсируют круглый год. Отправляются они в среднем каждые 30 минут, однако поздним вечером прождать паром можно почти час.

Цена вопроса: бесплатно

Фото: shutterstock

Канатная дорога острова Рузвельта

Канатная дорога соединяет остров Рузвельта с Манхэттеном. Кабинка с пассажирами пересекает пролив Ист-Ривер где-то за три минуты, разгоняясь до почти 30 км/ч. Интервал между посадкой составляет до 15 минут. На Манхэттене сесть на нее можно на остановках: Tramway Plaza, «60-я улица» и «2-я авеню».

Цена вопроса: $1.25 (нужна MTA MetroCard)

Ссылка на основную публикацию